Как становятся священниками Печать

 Батюшка, расскажите, пожалуйста, о том, где вы родились, кто ваши родители и как проходили у вас детство и юность.

— Родился я в Москве в 1980 году, в обычной семье: папа — инженер, мама — экономист. Есть младший брат Александр. Семья тогда была нерелигиозной. Меня и брата воспитывали в строгости. Занимался спортом. Сначала — плаванием, потом — биатлоном. В детстве мечтал быть летчиком. Когда был подростком, хотел быть олимпийским чемпионом и даже президентом. Учился хорошо, старался участвовать в каких-то мероприятиях, школьных постановках. Каждое лето на каникулы мы ездили к бабушке с дедушкой, маминым родителям, в Донецкую область. Они были очень трудолюбивыми людьми.  И там мы работали на даче. Такое у нас было трудовое воспитание.

11

Выписка из роддома

Как вы пришли к вере и что повлияло на ваш выбор жизненного пути?

— Никто в нашей семье из близкого окружения не был верующим человеком, хотя крестили меня в раннем детстве. Мой путь к Богу можно разделить на несколько ступенек. Когда мне было лет тринадцать-четырнадцать, появились некоторые жизненные трудности и я стал заходить в храм. В воскресенье приходил с тренировки, ставил лыжи в притворе за дверью и стоял на службе. Понимал: чтобы эти трудности решались, надо молиться. Когда в моей жизни все нормализовалось, посещение храма прекратил.

В пятнадцать-семнадцать лет я стал замечать, что, даже если занимаешься весь год спортом, учебой, театром, с наступлением летних каникул все это куда-то проваливается и в душе появляется какая-то пустота. Не было ощущения полноты жизни, ничто не наполняло душу. Тогда я задумался, почему так происходит. Понял только тогда, когда сознательно пришел к вере. Это душевное состояние можно сравнить с бездонным колодцем. Если бросишь в него камень, то не дождешься, когда он стукнется о дно. Бездонна и душа. Но ее можно наполнить — верой в Бога, Самим Богом. Потому что она сотворена для Бога. Есть высказывание Блаженного Августина: «Душа моя ни в ком не может успокоиться, как только в Тебе». Под этими словами я бы подписался,   потому что на себе все это ощущал. И с тех пор, когда уже пришел к вере, то этой незаполненности больше никогда не было.

12

Леша Кнутов, 5 лет

Будучи человеком общительным, я на каком-то глубинном уровне подсознательно понимал, что при всем общении человек все-таки одинок. Потом  понял, что даже при внешнем благополучии, наличии хороших друзей, любящей жены или любящего мужа, успешности в жизни, человек временами все равно будет ощущать одиночество. И преодолевается оно только сознательной встречей с Богом, приобретением личной веры. Тогда  такое  состояние отступает. Но все это в подтверждение слов о том, что душа человеческая — христианка. И может быть, не зная веры, не зная Бога, душа какими-то признаками, проявлениями показывает, что она в Нем нуждается. Хотя человек может четко не осознавать, что именно с ним происходит. Сначала появляются какие-то смутные предположения, но потом они становятся явными. Вот эти юношеские размышления стали какой-то первой ступенькой на моем пути к Богу. Но тогда я еще не был сознательно верующим человеком.

13

Занятия биатлоном

Следующей ступенькой был десятый класс, когда я участвовал в программе школьного обмена. Прошел отбор — и на полгода поехал в Америку. Америка — страна разнородная, и мы ее плохо знаем. На самом деле там много глубоко верующих людей. Я попал в неизвестную для нас Америку — патриархальную, традиционную — на Средний Запад, в штат Айова. Штат фермеров и кукурузных полей. Городишко, в котором я жил, населяло около пяти тысяч человек. Мне повезло, что я попал в набожную, благочестивую семью. И хотя эти люди были протестантами-методистами, они ходили каждое воскресенье в храм на службу. После службы оставались на занятиях (что-то вроде воскресной школы). Взрослые со взрослыми, дети с детьми.

Перед едой в этой семье молились, читали Библию. Меня тогда поразила строгость их нравов. У старшей сестры был друг. И когда он приходил к ней в гости, то им не разрешалось находиться вместе в одной комнате. Встречались они в гостиной. Хотя они и протестанты, а как хорошо все это понимают. Запомнилось, что город был маленький, а в нем пять церквей. Где-то четыре протестантских и один католический храм.

Еще мне нравилось, что там была молодежная христианская организация. Встречались раза два в месяц у кого-нибудь дома. У организации был лидер. Он готовил какую-то христианскую тему для обсуждения. Эти встречи мне очень нравились. Я их всегда ждал. Мы разговаривали, общались. Принимающая сторона готовила угощение. Ездили на машинах на хутора, где жили семьи фермеров.  В то время  многие из этих ребят стали моими хорошими друзьями. Они были отзывчивыми, глубоко верующими людьми.

14

Вместе с командиром (уже семинарист)

Тогда у меня мелькнула мысль за несколько месяцев до возвращения домой: почему то же самое не делать дома — ходить каждое воскресенье в церковь. Конечно, я имел в виду православный храм. У меня и мысли не было стать протестантом. Всегда относил себя к Православию и ему не изменял. Потом я узнал, что нельзя было ходить к ним на службы, но я этого не знал. Я в то время был далек от Церкви. Но нет худа без добра, потому что это знакомство оказало на меня положительное влияние.

Когда  вернулся домой, то родителям бросил такую фразу, что поступлю в семинарию. Хотя еще ни разу не исповедовался, не причащался.  Просто  был  такой  порыв. Сказал  и сказал. Я еще не изменился. Оставался таким, каким был.   В итоге  стал готовиться поступать в светское учебное заведение — Российский государственный гуманитарный университет. Сначала учился на подготовительных курсах. Я решил быть юристом. Как подросток, был под влиянием того, что это престижно. Но в то же время понимал, что это образование универсальное и может пригодиться везде. Потом, когда стал учиться, мне все это очень понравилось. И опять же это было не без Промысла Божия, потому что изучение светских законов, затем Божественных, — все это имеет какие-то точки пересечения. И одно можно понимать через другое. Между ними есть определенное единство. Изучение Божественных и человеческих законов — некий идеальный вариант для получения полноты картины восприятия мира, духовного и материального.

15

Паломничество в Крым, 1 курс семинарии

Но тогда я так и не ходил в храм и только два года спустя после возвращения из Америки с товарищами поехал в Вологду. Поездка совершалась под эгидой общества «Реставрос». Это организация, которая содействовала реставрации, восстановлению монастырей и храмов. От них формировались и отправлялись волонтерские группы на места. У меня уже тогда был интерес к Церкви. И хотелось уже не просто ездить смотреть и фотографировать, а ближе прикоснуться к жизни в монастыре, потрудиться.

Жили мы в Спасо-Прилуцком монастыре, тихом и спокойном. В нем я видел строгих священнослужителей. Выполняли там простую работу, общались с монахами. Надо сказать, что преподобные Дмитрий Прилуцкий и Сергий Радонежский — современники, оба жили в XIV веке. Они даже знали друг друга. В этой обители у меня была первая исповедь, которая потрясла меня.

После возвращения из этой поездки я понял, что надо начинать ходить в храм. Но прошло еще несколько месяцев, прежде чем  стал это делать. Пробовал ходить в храм Святой Великомученицы Татианы при Московском университете. Туда ходила, в основном, молодежь, и мне хотелось общаться со сверстниками. Но так сложилось, что там я не прижился. Стал ходить в храм, который был недалеко от дома. А летом, живя на даче, каждое воскресенье ходил в сельскую церковь. Родители критиковали меня. Говорили, что надо заниматься делом. Но я регулярно стал участвовать в церковных таинствах. Моя жизнь поменялась очень сильно. Духовному становлению помогло то обстоятельство, что во время учебы в университете несколько ребят с нашего факультета каждый своим путем тоже воцерковились. У нас образовалась компания единомышленников, что на тот момент оказалось очень важным. Мы встречались, общались, ходили друг к другу в гости.

16

Венчание

Еще одной ступенькой к моему воцерковлению стали паломнические поездки. Это был конец девяностых годов. Первое время мы много раз ездили в Дивеево. Я смог привлечь в эти поездки и папу. Сманил его тем, что там есть много источников, а он любил холодную воду, моржевал. Я тоже моржевал. Ему и брату очень понравилось.

 Это было еще то Дивеево, которое только возрождалось. Жили в гостинице советского типа, а на такси объезжали источники. И вот как-то нам сказали, что недалеко от Дивеево есть еще и Троицкий источник.   Мы поехали туда, искупались и не знали, что делать дальше. Увидели деревянные дома и пошли в ту сторону. Запомнились просторы, поля и низкое небо над головой. Из-за рощи показалась сельская церковь белого цвета. Нас она заинтересовала, и мы пошли туда. Оказалось, что это был раньше Дивеевский скит. Нас сразу повели на кухню, очень вкусно накормили. На нас повеяло каким-то домашним уютом, и мы решили остаться там, пожить еще несколько дней. Там не было ни суеты, ни множества паломников. Все были свои. Это тоже очень сильно повлияло на меня. В следующий раз я приехал туда на Рождество со своими университетскими друзьями. И там впервые у меня появилась мысль, что  хотел бы стать священником. Учился я тогда где-то на третьем курсе университета. Но мой духовник сказал, что надо сначала окончить университет, а потом поступать в семинарию. Я его послушался.

17

Первые месяцы после диаконской хиротонии

После окончания университета пошел служить в армию, в инженерные войска, в Арсаки Владимирской области, недалеко от Сергиева Посада. После армии несколько месяцев поработал юристом в агентстве недвижимости. Получил для себя ценные жизненные наблюдения, опыт и знания о том, что такое коммерческая организация. Когда поступил в семинарию, духовник сказал мне, чтобы я знал там только храм, библиотеку и учебный класс, чтобы не рассеиваться.

 — Как вы стали священнослужителем и почему стали служить в монастыре?

— Я был рукоположен в диаконы во время учебы в семинарии. Почти год прослужил в храме Пророка Илии в Сергиевом Посаде. Этот храм никогда не закрывался. Еще год служил в Дмитрове в Успенском соборе, где находится частица мощей святого Димитрия Солунского. Вскоре я познакомился с отцом Стефаном, который еще служил в Коммунарке. Через некоторое время батюшка предложил послужить под его началом.  Как раз тогда я стоял перед выбором — либо самому искать место, либо быть просто распределенным куда-то. На второй вариант силы духа не хватило. Товарищ по семинарии посоветовал искать храм, где понравится настоятель. И я дал согласие отцу Стефану служить вместе с ним.  Так  вслед за ним  я оказался в Гуслицком монастыре. Духовное священноначалие разрешило мое служение в обители, так как здесь не хватало духовенства. Монастырь маленький, но есть приход. Значит, надо крестить и венчать, а это не монашеское дело. В монастыре можно только отпевать. Поэтому венчают и крестят у нас белые священники. А священный сан я принял, когда уже служил в обители.

— Расскажите о своей семье. Кто ваша матушка и как вы с ней познакомились?

— Моя супруга Мария тоже родилась в Москве и училась в том же университете, где и я, только на другом факультете. В ее родословии есть то, чего нет у меня: со стороны мамы несколько священников и даже епископ. По специальности матушка реставратор по тканям. Трудилась в Государственном Историческом музее по сохранению старинных облачений, костюмов и др. Сначала мы были просто знакомыми. До нашей

свадьбы шесть лет знали друг друга. Редко, но общались. Она входила в нашу православную компанию. У меня не было мысли, что Мария станет спутницей жизни. Когда я учился на третьем курсе семинарии, понял, что я к ней совсем неравнодушен. Позвонил ей и спросил, не хочет ли она быть матушкой. Она сразу согласилась. Как оказалось, она испытывала такие же чувства, как и я. Женихом и невестой мы были всего три с лишним месяца. Думали подождать год, но знакомый священник сказал, что поскольку мы давно знаем друг друга, то тянуть не стоит. И 28 января 2007 года мы венчались.  

У жены есть одна черта, которая меня радует и удивляет, — это то, что в ней нет никакого лукавства. Она человек кристальной честности. Если она не может сказать то, что мне хотелось бы услышать, — все равно останется на искренне честной позиции. Она моя главная помощница. Помимо ведения хозяйства и воспитания детей много помогает в семейном клубе, в организации летнего лагеря и т.д. Поэтому можно сказать, что она и жена, и мать, и друг, и сестра, и секретарь, и водитель. Хотя вожу машину и я тоже. А купили ее нам родные. Когда мы выезжаем семьей, за рулем сидит матушка, если у нее есть возможность.

— Отец Алексий, вы ведете активную миссионерскую деятельность по разным направлениям. Это и клуб трезвости, и семейный клуб, и православный лагерь, проводите различные встречи, служите молебны и т.п. Как вы все успеваете и что именно дает силы на все эти дела? А главное, кто эти люди, которые участвуют в таких мероприятиях?

— Первым внебогослужебным мероприятием стал лагерь «Пчелка». Его появление было совершенно закономерно. Когда я был еще диаконом, то вместе с матушкой и нашей первой дочкой мы ездили в такой же семейный лагерь, который организуется приходом храма Покрова Божией Матери деревни Акулово Одинцовского района, где служит протоиерей Валериан Кречетов. Мы жили в этом лагере на правах обычных участников. Мне понравилась эта затея, потому что туда выезжают не только семьи, но и отдельные прихожане старшего возраста. Живут две недели большим тесным коллективом, молятся в лесу, ездят на какие-то послушания, проводят занятия с детьми. Сами работают на кухне, дежуря группами. Все это объединяет людей. Я решил, что, когда стану служить на приходе, надо будет что-то подобное организовать. Такие мероприятия — хорошее средство для сплочения общины, прихода. Когда мы поехали пять лет назад первый раз в лагерь от нашего монастыря, то многие перезнакомились там ,  стали общаться между собой и  дружат до сих пор.

Следующим мероприятием по времени появления стал семейный клуб. Он, можно сказать, органично вырос из общения нескольких семей, знакомых друг с другом по лагерю. И возникла идея: регулярно организовывать семейные встречи и с пользой проводить время. На встречи в клуб мы приглашаем педагогов, психологов, врачей. Обсуждаем темы, которые нас интересуют. Говорим о воспитании детей, о здоровье, об отношениях супругов. Поднимаем вопросы трудолюбия в семье. Пока взрослые общаются с приглашенным на встречу гостем, с детьми в другом помещении

занимается кто-нибудь из мам. Потом после обсуждения какой-нибудь темы дети приходят к нам на чаепитие. Мы поздравляем или именинника, или какую-нибудь семью с венчанием или регистрацией брака за период, который прошел от последней встречи до текущей. Проводим  игры, поем песни. То есть по своему замыслу это мероприятие — школа семьи и в то же время клуб общения. Детям очень нравятся такие мероприятия. Сам для себя я тоже получаю большую пользу, слушая эти лекции и гостей, которые к нам приезжают. Расту вместе с членами этого клуба. Учусь какой-то семейной мудрости. Регулярно на встречи приходят около двадцати-тридцати человек, считая взрослых и детей. Бывает больше. Есть костяк, который сформировался, в основном, из прихожан нашего монастыря.

Следующим появился у нас клуб трезвости. Он возник как созревший замысел. Сейчас многие страдают недугом пьянства, в том числе и в нашем городе. Года три назад были мысли о том, что надо с этим что-то делать. Недостаточно служить одни молебны. Когда я прочитал литературу на эту тему, стало понятно, что нужны какие-то регулярные встречи, занятия и с родственниками, и с самими страждущими.   Сначала у нас были только лекции, но они не пошли. Люди особо на них не ходили. А воспринятыми оказались встречи с чаепитиями и обсуждениями, куда каждый может прийти высказаться, поговорить о наболевшем и получить взаимную поддержку. Есть несколько человек, которые совсем избавились от этого недуга. В основном, те, кто через эти встречи воцерковился, стал исповедоваться и причащаться.

Те, кто хочет избавиться от алкогольной зависимости, должны видеть выздоровление окружающих их людей. Родственники пьющих близких людей тоже получают большую поддержку на этих встречах и учатся бороться со своей созависимостью — состоянием, когда человек живет не своей жизнью, а жизнью страждущего, и вместе с ним душевно и физически сам заболевает. Поэтому этот клуб тоже семейный, потому что туда приходит и сам страждущий, и «состраждущий».

Здесь тоже сформировался костяк постоянных членов. В теплое время года мы ездим на один святой источник, который облюбовали. Находится он в тихом уединенном местечке Ботагово Егорьевского района. Мы туда приезжаем, молимся в часовне, окунаемся в купели. После этого переходим по мостику на полуостровок, где общаемся в нашем обычном режиме. Это общение на природе всем очень нравится. Место это мы благоустраиваем. Разбили уже три клумбы, собираемся делать четвертую.

В обществе практикуется дача обетов трезвости как самими страждущими, так и их родными. Это помогает в борьбе с этими привычками и в то же время подавать пример в жизни.  В прошлом году удалось выйти на более широкий уровень -  в городе провели трезвенническое мероприятие.

Часто сами встречи мы начинаем с прочтения воскресного евангельского отрывка. Обсуждаем его в общем смысле и применительно к нашей теме. Иногда получается очень интересно это делать. В последнее время на наши встречи стала приходить  психолог, которая является нашей прихожанкой. Она делает очень интересный комментарий.

Еще в течение  четырех лет я хожу в две школы на уроки к детям старших классов. Сначала  пытался преподавать то, что сегодня называют основами православной культуры, но не в строго формальном ключе.  Впоследствии  пришлось  переориентироваться  и излагать старшеклассникам   только две темы: профилактика вредных привычек и православное семейное воспитание. Потому что если ребенку удастся привить трезвость и традиционные ценности взгляда на семью, тогда он сможет принять нечто большее. Дети на эти занятия приходят на добровольной основе.

 Проведение всех этих мероприятий благословляет отец Стефан, а силы на них, конечно же, дает Господь. И в семейном клубе, и в обществе трезвости появились люди, которые стали настоящими помощниками. Им можно давать разные поручения, и они очень усердно их выполняют. И без них это было бы невозможно делать. Большая радость, что появляются активные люди. Хотелось бы, чтобы их стало больше.

— Батюшка, остается ли у вас время на воспитание детей? Поделитесь, есть ли какие-то особенности в становлении их личностей, ведь современный мир, как говорят, во зле лежит.

— У нас растут две дочки: семилетняя Евдокия и трехлетняя Агафья. К сожалению, мне не удается уделять достаточно внимания своим детям, например, читать книги со старшей дочкой, да и с младшей тоже. Но я очень надеюсь, что буду как-то исправляться. Когда есть возможность, выезжаем всей семьей на природу.

Про характеры детей трудно сказать, потому что можно ошибиться. Дети есть дети. Поведение бывает не таким, каким хотелось бы.  Девочки, хотя и родные сестры, друг от друга отличаются. Евдокия больше склонна к творчеству. Она какая-то нежная, мягкая. Агафья — более бойкая, себе на уме. Воображает, модничает. Уже любит рядиться в платья. Вот они, немощи женские, уже в таком возрасте проявляются! Откуда это берется? Нет же рядом таких примеров.

Что касается воспитания, то огородить детей от улицы невозможно. А объяснять надо. Со старшей дочерью  провожу беседы. Объясняю, почему другие люди не такие, как мы. Она уже знает, что нехорошо сквернословить, краситься, ходить в брюках. Для нее я привожу простые примеры. Мы пытаемся в ребенке вырабатывать сознательную позицию, чтобы не стушеваться в коллективе светских детей. Объясняем, что людей, которые живут без Бога, надо жалеть, что им никто не рассказывал о Нем, их не научили вере. Они не знают, как правильно что-либо делать.

 Какой-то изюминки в воспитании у нас нет. Просто стараемся следовать традициям. Главное — у детей должен быть стержень в воспитании — это авторитет старших, прежде всего родителей. Например, у нас ребенок может выходить из-за стола только по разрешению, если он поел раньше. Стараемся сочетать любовь, ласку к детям с разумной строгостью, подарками и наказанием, конечно, не физическим. Мы не сторонники такого наказания, которое, как показывает опыт,  не приносит пользы. У детей оно  может вызвать агрессию. Старшую дочку мы можем поставить в угол, лишить прогулки, каких-то вкусностей, просмотра мультфильмов. Самое строгое у нас наказание — лишение Святого Причастия. Пока это действует. Она очень сильно переживает, если не будет причащаться. Но таким наказанием пользуемся очень редко, за какое-то сильное непослушание, например, за дерзкое отношение к маме. Младшую тоже воспитываем. Ставим на поклоны. И она их делает, сколько может.

18

Рождение Евдокии

Дети перед едой, конечно, молятся вместе с нами. А Дуня, если одна садится за стол, уже самостоятельно молится. Знает утренние и вечерние молитвы. Обе дочки любят петь. Раз в неделю ходят в монастырь на спевки вместе с мамой.

- Удается ли вам находить контакт с местным населением и, в частности с нашими прихожанами?  Существуют ли какие-то трудности?

- Контакт с местным населением удается находить. А вот что касается каких-либо трудностей, то скажу следующее. Еще до свадьбы мы  решили попытаться уехать из столицы  в Подмосковье, чтобы здесь жить и служить. Потому что в Москве суета, перенаселенность. Хотелось какой-то спокойной размеренной жизни. Но по своему воспитанию я москвич и привык к тому, что вокруг активные, легкие на подъем люди. Здесь же я столкнулся с некоей инертностью, и меня это опечалило. Потом  я перестал грустить по этому поводу. Рассудил прагматично и стал руководствоваться словами о притче о званых на вечерю, где Господь говорит: убеди пойти...

Сейчас, когда что-то задумываешь, то не ждешь, что все будут откликаться. Предлагаю то или иное мероприятие тем, кого знаю и кому это подходит. Бывает, что не всем подходит по состоянию здоровья или еще по каким-то причинам. Но я мягко убеждаю  их в том, что они не знают своего счастья. Так несколько семей удалось заинтересовать по поводу лагеря.  Эта поездка полезна и с духовной точки зрения, и с точки зрения впечатлений. Я не против отдыха на море, в санатории, но ведь есть другие формы отдыха.  Таким образом, убеждая людей в чем-либо,  я пытаюсь бороться с инертностью и  оседлостью.

— Спаси Господи за то, что согласились побеседовать на эту тему. Желаем вам духовной крепости, терпения с нами, а также любви и согласия в вашей семье.

Беседовала инокиня Ангелина (Решетникова)